ГОСТЬ ЖУРНАЛA. Питер Гринуэй: «Утверждение, что вначале было слово, неверно. Вначале было изображение»

 

Фамилия известного британского режиссера, писателя, художника Питера Гринуэя появляется в журнале JŪRA MOPE SEA уже не в первый раз. Его рисунками мы иллюстрировали публикации о выставке живописи Джека Керуака «Разбитое поколение» («Beat Painting»). Рисунок П. Гринуэя украшал и обложку одного прошлогоднего номера журнала. На этот раз П. Гринуэй вместе с литовским фотохудожником Антанасом Суткусом является лицом журнальной обложки.

В конце июня П. Гринуэй вместе с супругой, мультимедийной художницей Саскией Боддеке побывал в Литве, встречался с деятелями культуры. Эту пару художников надеются заполучить и на дни литовского искусства и культуры «10 jours en Lituanie» в Локарно.

Мистер Гринуэй, на разных кинофестивалях вы являетесь их основным участником, многократно номинированы как кинорежиссер, художник, писатель, получили несколько десятков призов кинофестивалей.
Во время предстоящего в Локарно кинофестиваля вы охотнее выбираете галерею Леонардо да Винчи «il Rivellino», которую называете центром мультимедийного искусства, и мероприятия, организуемые вашим приятелем Арминио Шиолли. На одном из таких мероприятий, как писала пресса, вы произвели эффект разорвавшейся бомбы, представив свой интерактивный многоплановый фильм под названием «92 ядерных взрыва на планете Земля».


Присоединитесь ли вы в этом году к проекту «10 jours en Lituanie» галереи «il Rivellino»? Какие художественные сюрпризы ожидают гостей фестиваля?
Я считаю, что этим летом я приглашен в галерею «il Rivellino», а выставка «10 дней в Литве» интригует. Поживем – увидим.

Почти два десятилетия ваши поклонники, последователи и критики анализируют и под разными углами непрерывно рассматривают вашу фразу, произнесенную, кажется, в 2002-м, что кино умерло. Несмотря на то, что вы сами создали неповторимые киношедевры, что достаточно активно участвуете во множестве международных кинофестивалей и ведете на них мастер-классы, их участникам вы постоянно напоминаете печальную истину, что кино все-таки умерло.
Не проливайте понапрасну слез из-за смерти современного кино. Я не настолько уверен в том, что, как вы говорите, гибель кино обязательно печальна. То, что будет дальше, может оказаться очень захватывающим и инновационным. И удивительным. Уже доказано, что каждая новая форма искусства во многих отношениях бывает более изощренной и превосходной и достигает большего в способности выражать эмоции и интеллект, чем предыдущие. Можно заметить, что из всех техногенных эстетик, которые западный мир испытал за последние триста лет и которые обслуживали культурные эксперименты, кино является одной из новейших, однако и его уже опередили новые разработки. Например, успехи в голографии. Переосмысление искусственных миров, таких как виртуальный мир «Second Life», множество созданных компьютером изображений (CGI), затягивающая виртуальная реальность, использование сенсорного экрана, а также изобретение таких чудес, как миниатюрные дроны, – все эти изобретения, осознаваемые и управляемые изобретательной фантазией (а на это обязательно требуется время), значительно превосходят то кино, которое знали наши деды, и превосходят настолько, что возникает вопрос: неужели мы до сих пор можем относить их все к той же категории кино? Может быть, нам нужен новый словарь для этих разработок?
Таковы плоды человеческой изобретательности. Для новых технологий почти каждый день придумываются новые языки. Друзья, кузены и близкие «Microsoft» постоянно отодвигают эти горизонты. Если говорить о кино, то кончина целлулоидной пленки в 1980-х годах ознаменовала новые языковые возможности, так что действительно ли мы можем называть современное кино словом «кино»? Универсальность миниатюрного оборудования, мобильность и превосходство цифрового воспроизведения; изобретение чрезвычайно легких камер, реагирующих на тепло, видящих в темноте, управляемых компьютером и приближающихся к искусственному интеллекту, не требующих прикосновения человека; использование глубоководного съемочного оборудования и очень сложных камер видеонаблюдения, которые практически незаметны для невооруженного глаза – все это шаг за шагом уводит нас от ограниченного кино наших отцов и дедов. И пусть так, если только это повысит нашу способность видеть более далекие и глубокие горизонты. Кривая изобретений в живописи связана, как всегда, с новыми технологиями – новыми материалами, пластиковыми красками, анилиновыми красителями, печатными технологиями – и одновременно с новыми амбициями, новыми философиями, новыми средствами выражения, которые поразили бы Рафаэля и Рембрандта.
И так будет всегда. Поэтому не проливайте слез из-за смерти кино.

Однако этим летом во время визита в Литву вы заявили, что кино не умерло, что оно никогда даже не рождалось и что мы вряд ли когда-либо видели кино. Ого! И как теперь нам жить с этим знанием?
Не пугайтесь. Знания всегда ведут вперед. У нас кино существует уже около 120 лет. Меня постоянно раздражал факт, что наше кино основано на текстах – я думаю, что нам не нужно кино писателей, потребность рассказывать историю в иллюстрированных словах необязательна. Зрители редко вспоминают саму историю. Опыт кино совсем иной. Нам нужно кино, создаваемое художниками. Самая лучшая картина – не нарративная. Почему кино должно быть рабом литературы? Ведь кино – это движущиеся картинки. Давайте осмелимся перерезать пуповину между книжным магазином матери и кино ребенка. Попробуем изобрести бестекстовое кино. До тех пор, пока мы будем ощущать в кино запах текста, литературы, книжного магазина, – это только слова и кино будет оставаться эмбрионом. Вы когда-нибудь пытались завязать разговор с эмбрионом?

Может ли ваше сотрудничество с представителями современного искусства означать начало кино, создаваемого художниками?
Не только «современное искусство», но вся визуальная культура, которой, по осторожной оценке, в западном мире не менее десяти тысяч лет. Бог велел Адаму всему дать имена. А как он мог дать чему-либо имя, если бы сначала не было изображения? Утверждение, что вначале было слово, неверно. Вначале было изображение.

В Вильнюсе вы встретились с Антанасом Суткусом, который на множестве фотографий запечатлел визит в Литву Жана Поля Сартра и Симоны де Бовуар.
То, что художник с мировым именем Питер Гринуэй с супругой, известной мультимедийной художницей Саскией Боддеке, посещает Литву и встречается с представителями искусства и культуры, сегодня удивления не вызывает. Однако в то время, в 1965-м, для интеллектуальной общественности Литвы, жившей в условиях оккупационного режима, визит Сартра и де Бовуар был великим, невероятным событием, давшим толчок появлению множества письменных и изобразительных произведений искусства. Какое, на ваш взгляд, влияние искусство и создающие его личности оказывают на современное общество? Способно ли искусство по сути своей оказывать влияние?
А как вам кажется? Разве наша нынешняя беседа не дает ответа на ваш вопрос?

Гм... Скажем, да. Если кому-то так не кажется, придется вернуться к началу беседы...
Маэстро, благодарю за искрометную и провоцирующую беседу.
И все же меня не слишком радует перспектива, что слово должно уступить место изображению. Человечество прошло долгий путь эволюции, пока научилось выражать мысли словами, хотя перед глазами было изображение. Неужели Создатель напрасно дал бы Адаму задание дать этим изображениям имена...

С маэстро Питером Гринуэем и маэстро Антанасом Суткусом беседовала Зита Таллат-Кялпшайте.

 

Журнал JŪRA издается с 1935 года
Международный бизнес-журнал JŪRA МОРЕ SEA
выходит с 1999 года
Первый журнал в Евразии, выходящий на четырех языках: английском, китайском, русском, литовском


Адрес:

Международный бизнес-журнал JŪRA МОРЕ SEA
Мinijos 93, LT-93234 Клайпеда, Литва
Телефон: +370 46 365753
E-mail: news@jura.lt
www.jura.lt

 


Издатель:

ЗАО Juru informacijos centras


Журнал JŪRA издается с 1935 года
Международный бизнес-журнал JŪRA МОРЕ SEA
издается с 1999 года

ISSN 1392-7825

2017 © www.jura.lt